Как выбирать язык?
Страница 11

Конечно, и в этом случае речь идет не о врожденной неспособности к языкам, а о совершенно определенной жизненной позиции. Бельгийскому мэру стоило бы задуматься над примером своего коллеги по политической деятельности из Швейцарии Ж.-А. Шевалла. Уроженец города Лозанны, он удовлетворительно владеет французским и немецким. В общем, это минимум для швейцарца, а по исторически сложившимся особенностям страны многие знают и итальянский, и другие языки. Но вот, заняв высокий пост военного министра, Жорж-Андрэ обнаружил… что не понимает своих коллег по кабинету министров. Это неудивительно, поскольку они объяснялись на местном диалекте немецкого языка – так называемом швюцер-тютш, который сейчас претендует на роль государственного языка швейцарцев немецкого происхождения и почти непонятен для немцев из других стран. Как говорил по этому поводу авторитетный местный языковед, «у нас уже есть немало людей, которые не в состоянии понять несложные тексты, записанные на нормальном немецком». Ну что же, всякое бывает. И министр, недолго думая, уселся за парту и в ударном порядке освоил этот самый швюцер-тютш. В данном случае обошлось без правительственного кризиса…

А вот крайний пример языковых конфликтов – обстановка, сложившаяся в Южно-Африканской Республике. Помимо английского здесь разрешен второй государственный язык – африкаанс. Собственно, это говор голландского, занесенный сюда белыми колонистами и сейчас выросший в особый язык. В самой его структуре ничего уродливого, конечно, нет: язык как язык, грамматика его вышла недавно и у нас. Но черное население воспринимает африкаанс как символ апартеида. И вот когда в 1976 году его попытались навязать местным школьникам силой, Соуэто забурлил. Около 50 подростков было убито и в 5 раз больше ранено. С тех пор это название не сходит со страниц газет.

Пути решения подобных конфликтов – в общественных преобразованиях. А что касается самих языков, то нет такого, который не был бы способен обеспечить общение в любых областях жизни. Вернемся к списку важнейших языков, данному в начале этого раздела. Разумеется, он не предусматривает всех возможных запросов, но в общем довольно обоснован.

Возьмем хотя бы потребность читателя с техническим складом ума. По данным ЮНЕСКО, в наши дни на английском издается 50 процентов всех книг по науке и технике, на русском – 10, на немецком и французском – тоже примерно по 10 процентов. Как видите, все эти языки входят в наш список. Хотелось бы только предостеречь вас от той распространенной ошибки, когда на основании цифр такого рода делают далеко идущие выводы о роли какого-нибудь народа в научно-техническом прогрессе.

Вот совершенно объективный показатель – число патентов, зарегистрированных страной за год по всем международным правилам. Так сказать, чистое количество изобретений и открытий. Последние цифры свидетельствуют: в год СССР дает 80 тысяч патентов, столько же – США, а Япония при всем своем весе – только 50 тысяч. То есть по уму советские инженеры, техники и рабочие никому не уступают. Другое дело – как поставлена служба переводов и информации. Эта отрасль у нас действительно отстает, поэтому и литературы по специальности на русском выпускается меньше, чем следовало бы. Правда, нужно учесть, что, когда вдумчивый профессионал перевел патент или статью, машинистка его отпечатала, редактор выправил, текст еще не выполнил свою задачу. Специалист еще должен прочесть его и как-то внедрить в практику. А в этом отношении даже у английского все совсем не гладко. Когда переводчики научно-технической литературы из ФРГ стали проверять, как читаются переводы, то выяснилось, что 80 процентов из них в лучшем случае кем-то однажды пролистаны и оставлены пылиться на полке!

Отсюда следуют важные выводы, прямо касающиеся начинающих полиглотов. Во-первых, желательно, чтобы специалист сначала бегло просматривал новые поступления и сам определял, что нужно переводить, а не шел бы на поводу у переводчика. Во-вторых, если каждый сможет быстро разобраться в тексте или схеме на другом языке и понять пусть только 1/4, но сразу внедрить в дело, будут сэкономлены не одни деньги и время, будет значительно повышен темп перестройки. И в-третьих, почти у каждого языка из нашего списка есть несколько близких родственников. Это значит, что если познакомиться с несколькими «основными» языками, то можно без каких-либо дополнительных усилий в 2–3 раза расширить круг языков, на которых вам доступна информация по специальности. А у этого, расширенного, списка есть интересная особенность – он практически совпадает с перечнем языков, на которых вообще появляется мало-мальски полезная научно-техническая информация. Мы его давать не будем, так как при желании читатель легко может с ним ознакомиться по вполне доступным изданиям (к примеру, по журналу «Химия и жизнь», № 3 за 1980 год). Входящие в этот перечень языки особого удивления не вызовут, за исключением, возможно, эсперанто и интерлингвы. О них стоит поговорить особо.

Страницы: 6 7 8 9 10 11 

Другие статьи:

Как мы говорим на иностранных языках?
Говорим, пользуясь уже известными аналогиями, почерпнутыми отчасти из родного языка, отчасти из той суммы знаний, которые прочно усвоены нами в процессе изучения данного языка или предыдущих, если ...

Сколько слов нужно знать?
Тот факт, что словарь языка содержит примерно 300 тысяч слов, имеет только теоретический интерес для начинающего изучать этот язык. Едва ли не главный принцип для разумной организации своих заняти ...