Такую же человеческую, историческую ограниченность Бердяев видел в догматических установлениях. Считая, что Откровению свойствен «сверхконфессионализм», он отвергал узкоконфессиональную ортодоксию, догматически принятые истины Откровения: «У меня есть настоящее отвращение к богословско-догматическим распрям. Я испытываю боль, читая историю Вселенских соборов» (с. 314). Для Бердяева Божье слово – это возможность новых прочтений: «Историческое Откровение было для меня вторичным по сравнению с Откровением духовным» (с. 183). «Откровение предполагает активность не только Открывающегося, но и воспринимающего Откровение. Оно двучленно» (с. 178).
Другие статьи:
В ПОИСКАХ ЗНАЧЕНИЯ
Передача смысла, значения — вот цель нашего общения, главная задача человеческого
языка и, стало быть, главная задача науки об этом языке. Можно ли описывать это
значение на языке точных формул и ...
Зачем мы изучаем языки?
Итак, примем за точку отсчета эти основные вопросы. Начнем со второго, потому
что на него легче всего ответить.
Мы изучаем языки потому, что язык – единственное, что небесполезно изучить
даже пло ...